Суббота 24.06.2017 16:59

Категории раздела

О конкурсе [17]
Орг.комитет [19]
Судьи [81]
Авторы [353]
Произведения на конкурс [352]
Аналитика [1]
Статьи конференции [1]

Поиск

Наш баннер


Наш блог





Форма входа

Логин:
Пароль:

Конкурс

Главная » Материалы раздела » Последняя волна » Произведения на конкурс

Орлята учатся летать

Сбитнева Светлана

Орлята учатся летать




- Какие яблони-то в этом году, обсыпные, - с гордостью за свой сад певуче проговорила баба Глаша. – Яблочек наедимся!
- Пилог сделаешь? – спросил маленький Миша, который еще не выговаривал «р». Миша очень любил бабушкины яблочные пироги.
- Сделаем, отчего ж не сделать, - ответила ему Аглая Филипповна и несколько раз задумчиво качнулась на лавочке вперед и назад.
Она подняла глаза и посмотрела на деревья. Сад был небольшой, дачный. Яблоневые деревья, уже старые, были посажены близко друг к другу и создавали своими широкими разлапистыми ветвями уже не столько приятную тень, сколько суровый полумрак. Ветки сгибались под тяжестью еще зеленых плодов, страдальчески клонились к самой земле. Совсем рядом с шумом упало яблоко, и ветка, с которой сорвался плод, с облегчением подпрыгнула. «Да, некому за садом смотреть», - привычно подумала Аглая Филипповна.
- Миша, иди есть кашу, - позвала Анна Петровна, мама Миши.
- Не хочу, - гнусаво отозвался ребенок. – Невкусно.
- Очень вкусная каша, - снова попыталась уговорить сына Анна Петровна. Миша захныкал.
- Не хочу, не хочу, - на глазах ребенка показались две огромные слезы, а губы предостерегающе задрожали.
- Хорошо, - теряя самообладание, сказала Анна Петровна. – А что ты хочешь?
- Шоколадку, - недолго думая, отозвался Миша.
- Нельзя на ужин есть шоколад, - терпеливо объяснила мама. Миша снова накуксился, готовый в любую секунду зареветь.
Аглая Филипповна, до этого молчавшая, цокнула языком и покачала головой.
- Забаловали тебя, ох, забаловали, - сказала она. – Мы в войну мечтали о каше.
Миша недоверчиво посмотрел на бабушку: не мог он представить, что кто-то ел кашу по собственной воле, да еще мечтал о ней. Мечтать можно о чем-нибудь другом, об игрушках, например, но вот чтоб о каше…
- А почему вы мечтали? Сказали бы маме, она бы плиготовила.
Бабушка Глаша улыбнулась грустной улыбкой: наивные слова внука воскресили в ее памяти пережитый в те страшные годы ужас. Аглая Филипповна сама была не старше Миши, когда началась война, но помнила все отчетливо, словно это произошло совсем недавно: всю жизнь эти страшные несчастливые вспоминания преследовали ее.
- Что ты, милый, - обратилась она к внуку. – Голод был, нам нечего было кушать! Кто бы нам стал кашу варить? Ее и приготовить-то не из чего было. Молока было не достать. Это ты сегодня его не ценишь, потому что его много.
Глаза Миши высохли, и теперь он с интересом смотрел на бабушку.
- Бывало, мать принесет горстку картошки, плохой, подмороженной, вялой, и полбатона серого хлеба, вот нам и первое, и второе, и третье. И мы счастливы были такому обеду! – баба Глаша прищурила глаза, словно снова испытала обреченное счастье тех редких мгновений. – А хлеб нам был вообще вместо пирожного.
- Да, Миша, люди голодали, а ты есть не хочешь. Иди ужинать, - снова попыталась повлиять на сына Анна Петровна.
- Ох, и страшное было время! – продолжила Аглая Филипповна. – Ты не представляешь, и не дай Бог тебе это испытать! – с чувством добавила она. – Я вот такая же, как ты теперь, была, а как сейчас помню, - она устремила взгляд куда-то вдаль и пересказывала свои воспоминания. – Ладно голод, а сколько мы страху натерпелись. Помню, жили мы когда в городе, страшнее всего была бомбежка.
- Что такое бомвешка? – не расслышав слова, спросил Миша.
- Это когда бомбы кидают, взрывают бомбы, чтобы убить людей и разрушить здания, - просто объяснила она. Мишины глаза непроизвольно расширились. – Вот скинут одну бомбу, - продолжала она, - и нескольких больших домов как не бывало, вместо них пустое место. И спрятаться некуда, - упавшим голосом сказала баба Глаша. – Бомбили с самолетов. И когда самолеты летели, нужно было скорее спрятаться в погреб. А у нас в доме и погреба-то не было. И когда начинали летать самолеты, мать нас хватала, и мы выбегали из комнаты в общий коридор, садились с остальными соседями на корточки и ждали. Мама все, помню, говорила и невесело так улыбалась, да я только спустя несколько лет поняла ее невеселую шутку, - баба Глаша тоже улыбнулась, словно повторяя улыбку матери. - Говорила: «Если помирать, так всем вместе, чтобы не в одиночестве», и прижимала нас, меня и брата, к своим худым ногам.
- Стлашно, - не то спросил, не то просто сказал Миша.
- Очень, - тихо ответила Аглая Филипповна. – Они, эти самолеты, как начинали летать, у нас душа в пятки уходила. Они летели, громко так, низко, что стекла в доме звенели. И ревели страшно, аж дух захватывало, так вжжж, - бабушка Глаша громко зашипела, Миша отпрянул от нее. – А когда бомбу скидывали, то такой свистящий оглушительный был звук. И никогда не угадаешь, куда попадет. Если падала недалеко, то в нашем доме могло волной выбить окна.
Маленький Миша сидел и молча смотрел на бабушку как-то вдруг повзрослевшими глазами.
Вдруг в воздухе что-то треснуло, зажужжало, засвистело, окна летнего дома зазвенели.
- Ой, - испуганно вскрикнул Миша и прижался к сидевшей рядом бабушке, которая сжала его голову своими руками, словно желая защитить ребенка от того, что происходило вокруг.
- Господи, это что, самолет? – растерянно проговорила Анна Петровна, тоже не на шутку перепугавшись.
- Самолет, истребитель. У них тут аэродром недалеко, вот и летают, учатся.
Миша начал громко всхлипывать, слезы ручьем заструились по его щекам.
- Ба, война, бомвешка, - сквозь слезы проговорил он.
- Нет, нет, маленький, это самолет пролетел, не бойся, - успокаивала его баба Глаша, но ребенок продолжал отрывисто всхлипывать, подрагивая щуплыми плечиками.
- Что ж они, совсем… - Анна Петровна не договорила.
- Окаянные, черти, от я на вас жалобу напишу, - прервал ее старушечий голос, и вслед за ним к забору, разделявшему два участка, подошла, прихрамывая, дряхлая беззубая соседка.
- От, видали? – обратилась она к Анне Петровне и кивнула Аглае Филипповне, которую не сразу заметила за веткой яблони. – Ироды, совести у них нет. Как в войну прям, - она грубо засмеялась.
- Чего, постреленка напужали? – сочувственно спросила она.
- Да не говорите! – воскликнула Анна Петровна.
- Напугался, - улыбнувшись, сказала Аглая Филипповна, отнимая от груди лицо успокоившегося внука. – Мишутка, поздоровайся с бабой Пашей.
- Здласте, - тихо проговорил Миша, потирая ладошкой мокрые глаза.
- Ну, раскричался! Не боись! – сказала баба Паша. – Это летчики будущие, учатся летать. В наши дни песня такая была: «Орлята учатся летать», - нескладно пропела баба Паша и, развернувшись, пошла к себе, бормоча:
- Ох, безобразие! Напишу жалобу, напишу. Войны нам мало, что ли…








Нравится



Общий список авторов и произведений можно посмотреть здесь

Задать вопрос автору можно здесь

"Последняя волна" форум





Категория: Произведения на конкурс | Добавил: LastWave (30.08.2013)
Просмотров: 507 | Теги: проза, конкурс, Произведения, Рассказы

Облако тегов

Опрос

Считаете ли Вы, что у русского народа, титульной, образующей нации, должна быть единая культура?
Всего ответов: 338

Друзья сайта


Сайт по-читателей



НГУР


ЛИА Альбион
издательство Альбион



РНБ



Сайт о культуре


        Яндекс.Метрика