Вторник 22.08.2017 17:53

Категории раздела

О конкурсе [17]
Орг.комитет [19]
Судьи [81]
Авторы [353]
Произведения на конкурс [352]
Аналитика [1]
Статьи конференции [1]

Поиск

Наш баннер


Наш блог





Форма входа

Логин:
Пароль:

Конкурс

Главная » Материалы раздела » Последняя волна » Произведения на конкурс

Джош

Зайцева Настя

Джош




1. Сон

И паруса, и яхты, качающиеся на волнах в порту из зданий белоснежного камня, и голоса моряков, наполненные странными звуками незнакомого языка, и предстоящее путешествие, и передаваемые на борт корзины с овощами, и соленые щеки тяжелого капитана – все выглядело очень реальным. Как бывает обычно, когда просыпаешься от слез или радости, от возбуждения или испуга, когда сон касается уже не только мыслей, но и пальцев, и губ, и влезает запахами в ноздри, и запутывает волосы, как королева Маб.
Именно по этой причине, Джош не заподозрил странности в том, что у людей на борту практически невозможно разглядеть лиц, а язык на котором они говорят совершенно незнаком, но достаточно ясен. Его не смутило, что против всех известных ему законов, корабль триумфально проследовал по улицам города и только затем, не меняя винтов и дна, въехал в море. В глубине души Джош знал, что это на самом деле океан. И еще, что ровно через сутки после выхода в море (которое было океаном) их корабль будет раздавлен и разбит волнами.
Именно в тот момент, когда капитанские щеки, щедро поливаемые бурей, выплевывали что-то про сукиных детей и дьявола, в лучших традициях фильмов про стихию в человеке и человека в стихии, Джош открыл глаза.
Сон не отпускал его тело. Поэтому Джош никак не мог пошевелиться. Он снова закрыл глаза. От капитанского мостика уже ничего не осталось, в шипящих волнах мелькали оранжевые жилеты команды. Джош видел безумные глаза, пруты ограждающие борта, обломки пластика и щеки капитана. Или это были его щеки. Он свои руки на штурвале и тянул мокрые канаты отплевываясь от воды. И в тоже самое время он смотрел на капитана, с канатом в руках.
От летящей прямо в лицо клетки, Джошу пришлось крепко зажмуриться, от чего в реальности он открыл глаза.
Он пробовал пошевелиться и снова не смог. Сон, видимо застрял где-то в позвоночнике и был разнесен кроветоком по всем уголкам тела. В конеце концов, возвращаясь обратно, Джош все пытался понять, капитан он или нет. А если нет, то кто он? В последний раз вернувшись в море, он смотрел на все с высока: на спокойное море (которое было океаном), на болтающихся на волнах людей, измученных борьбой и на подходящую спасительную яхту. Люди, выброшенные в воду, вдруг, как по команде, запели разными голосами знакомую мелодию. Они пели все громче и громе, взбираясь на борт подошедшей яхты. Все это походило на мьюзикл, пока Джош не открыл глаза и не выключил будильник, повторяющий мелодию спасенных.
Когда он наконец смог встать. Он много думал об этом. Кем он мог быть в этом сне? Возвращаясь и наблюдая, глядя на все через капитана и глядя на него со стороны. Зная, что на самом деле море – океан, понимая все языки и глядя на матросов сквозь лица. Нарушая законы физики, ожидая бури ровно через сутки после выхода из порта и слушая песни спасенных.
Джош мог быть только Богом, подумал Джош.
Оставался еще мир в котором он оставался главным.


2. Газеты

Почему-то именно чтение газет в парке казалось Джошу наиприятнейшим из развлечений. Он сразу ощущал свою принадлежность к особому миру газеточитателей и новостеобсуждателей. Хотя сами газеты он не любил, редкое издание казалось ему интересным и то скорее потому, что он находил в нем какие-то эстетические прелести. Он выбирал газеты быстро, по трем основным признакам: запах, бумага и расстояние между колонками.
Размеренность – вот что казалось ему важным. Ни одна газета, будь то горячий выпуск новостей или биографический обзор, не имела права его торопить. Чего приятного в том, что за одну чашку кофе, вместе с булкой, облитой сладкой корицей, человек, имеющий двух секретарш, четыре контактных телефона и единственную в совей компании должность, успевал проглатывать по четыре-шесть станиц из пяти ежедневных изданий и два еженедельника?
Нет, это было не для Джоша. К тому же ему некуда было спешить, и всё, что говорило ему о том, что мир движется, бежит, что времени катастрофически мало, что пространство газетной полосы – это не парк с просторными песчаными дорожками, а военный полигон, где колонны стройных букв должны смыкать ряды для эффективного завоевания информационного пространства. Всё это ужасно раздражало Джоша.
Бывали дни когда он надевал свое самое серьезное лицо и суетливо шагал к метро держа ноутбук подмышкой. Так он изображал редактора. Редактор – это именно та должность, которая являлась для Джоша воплощением серьезности, важности и полной погруженности в процесс. Редактор знал десять тысяч историй, видел их первым, был самой важной инстанцией на пути их выхода в свет и, самое главное, был достоин Её. Всегда, когда Она правила очередную статью, он продумывал свой редакторский маршрут и копировал Её, как канарейка.
В итоге получалось, что он несколько часов с ноутбуком на перевес играл свой моноспектакль. Он задумчиво смотрел на людей, суетливо что-то печатал прямо в метро, увлеченно читал и гримасничал, повторяя реплики героев. Потом он смотрел на часы и расстроенно качал головой. Несмотря на долгожданное внимание: люди заглядывали через плечо, пытались понять чем занята его задумчивая голова – все они неизбежно его раздражали. Потому что спешили они по-настоящему и этим напоминали ему, что все кроме него настоящие.
Жизнь, которая была вокруг, была какой-то другой. Вон тот господин, умиленный наигранной серьезностью своей трех летней дочери, наверняка имел и дом и жену, избавленную от морщин. И отправлялся с ней в горы на каждую годовщину, потому что именно там она впервые показалась ему красивой. А вот эта женщина, проверяющая не украли ли ее новый кошелек, скорее всего имела на работе несколько молоденьких девочек в подчинении, которых с радостью учила премудростям не только деловых встреч, но и дел сердечных.
На каждого человека у Джоша находилась своя история. Иногда он закипал от ненависти к ним и к себе заодно, потому что невозможно было настолько ненавидеть всех этих интересно живущих, по его мнению, людей.
В его же настоящей жизни ничего не случалось, кроме свежих газет. Ни вчера, ни сегодня, ни всегда.


3. Джош и Отис

Когда Джош придумал себе кота — это оказалось прекрасным способом скрыть одиночество. Может и проще было завести себе кота или собаку, канарейку или кролика. Но Джош его придумал. Никто и никогда не разоблачил бы его – гостей у Джоша не бывало, без шерсти, лотка и чашек можно было обойтись.
Он продумал все до мелочей: истории о том как ест его кот, как спит его кот, как привлекает внимание его кот. Источников вдохновения было предостаточно. Истории коллег о реально существующих котах причудливо соединялись друг с другом и никто уже не узнавал своих питомцев в занимательных рассказах джоша. Иногда он даже почитывал в транспорте и набегу книгу «Забота о вашем питомце» для убедительности и уверенности, объясняя всем с участливым видом, что питомца лихорадит и он в серьез обеспокоен его эмоциональным состоянием.
Все-таки это было одним из лучших его сочинений: от реального четырехлапого друга этого кота-фантома отличить было практически невозможно. Нежное, в меру своенравное и чертовски милое животное. Над именем Джош долго не думал, ему нравилась спокойная и ровная буква «О». И вымысел скоро получил имя Отис.
Итак, кроме того, что Отис был обычным котом, он пил только слегка подкисшее молоко и любил говядину. Порадовать его можно было плавленым сыром и куриной печенью. Спать в кровати Отис не любил, любил прятаться и чтобы его искали.
Но больше всего Джош гордился внешним видом питомца. Отис был похож скорее на худую таксу, чем на кота. Породы у него, естественно, никакой не было (Джош плохо разбирался в кошачьих породах), зато у него была длинная с проседью шерсть, на которую вечно что-то цеплялось. Мебель для затачивания когтей он не использовал, а иногда подолгу замирал, поднимая переднюю лапу и что-то щупал ей в воздухе. Вообще, Отис походил на тех ребят, которых зовут «Эй, Док!». Особенно в этом убеждала проседь.
В конце концов, Джош добился полного единения с питомцем: по утрам и вечерам они ходили по дому одинаковыми маршрутами, смотрели фильмы, ели и переживали, что днем обедать приходится врозь. Джош даже пел Отису, никто обычно этого не выдерживал, а коту, кажется, даже нравилось. Иногда. Один раз они даже вместе ходили в душ, но Джош стеснялся этого почему-то.
Однажды Джош придумал Отису своенравность, храбрость и тягу к приключениям. С тех пор начал замечать, что кот приносит с балкона птиц и часто водит усами по ветру высовываясь из окна. Джош умел придумывать, а раздумывать не умел. Поэтому в четверг Отиса дома уже не оказалось. Он выпал из окна в пылу очередного приключения. Джош спустился вниз. Обошел все вокруг, забрался даже на козырек подъезда, но «Дока» нигде не было. С тех пор он стал считать, что Отис исчез. Навсегда, к сожалению.








Нравится



Общий список авторов и произведений можно посмотреть здесь

Задать вопрос автору можно здесь

"Последняя волна" форум





Категория: Произведения на конкурс | Добавил: LastWave (28.06.2013)
Просмотров: 616 | Теги: проза, конкурс, Произведения, Рассказы

Облако тегов

Опрос

Считаете ли Вы, что у русского народа, титульной, образующей нации, должна быть единая культура?
Всего ответов: 339

Друзья сайта


Сайт по-читателей



НГУР


ЛИА Альбион
издательство Альбион



РНБ



Сайт о культуре


        Яндекс.Метрика